Л. А. Чарская

БЕДНЫЙ ЗВЕЗДИК

Упадешь, бывало, в детстве,
Руки, лоб, коленки ранишь, –
Хоть до сердца боль доходит,
А поморщишься и встанешь.
«Что, болит?» – большие спросят.
Только я не признавалась.
Я была девчонкой гордой –
Чтоб не плакать, я смеялась...
                                      Из стихов Леси Украинки

ОТ ИЗДАТЕЛЕЙ

В настоящее время, вследствие тенденции к постепенному преодолению идеологических догм и стереотипов советского времени, современному российскому читателю предоставляется возможность ознакомиться с к творческим наследием ряда незаслуженно забытых и запрещенных авторов прошлого. К их числу следует отнести и знаменитую дореволюционную детскую писательницу XIX-XX вв. Л. А. Чарскую, чьими книгами зачитывались несколько поколений девочек и девушек самых разных сословий. До недавнего времени считалось, что основной темой произведений данной писательницы являлись судьбы учащихся российских, преимущественно женских, учебных заведений (институтов, гимназий, школ). Однако недавно предоставленная М. Е. нашему издательству рукопись Л. Чарской, под названием «Бедный Звездик», обнаруженная ею в архивах редакции журнала «Задушевное слово», где в свое время публиковались произведения данной писательницы, свидетельствует о том, что Л. Чарскую следует считать одной из основоположниц популярного ныне жанра фэнтези. Мы надеемся, что для любителей и поклонников данного жанра будет небезынтересно узнать, что ряд проблем философско-космогонического характера, поднятых в «Сильмариллионе» и «Черной книге Арды», впервые были сформулированы в данной повести, которую, в связи с этим, с полным основанием можно было бы назвать «Черно-розовой книгой Арды» (ЧаРКА). Однако, воздерживаясь от дальнейших комментариев, предоставляем читателям, как говорится, «своими глазами», ознакомиться с ее содержанием и сделать соответствующие выводы.


ГЛАВА 1

Не стойте и не прыгайте,
Не пойте, не пляшите,
Когда идет строительство
Или подвешен груз.

Милые деточки! Сегодня я расскажу вам о том, как это хорошо – быть хорошими и как это дурно – быть плохими. И что может случиться, если вы, обидев друга, вовремя не извинитесь перед ним. Запомните, мои хорошенькие: обидев ближнего своего, должно сразу же поклониться ему до земли и сказать: «Прости меня», и уж потом, если это необходимо, обижать его снова. И если вы обидите ближнего не только лишь семь раз в день, а даже целых семьдесят семь раз, надо ровно столько же раз поклониться и попросить у него прощения. Иначе все может кончиться очень-очень плохо, так плохо, что и представить себе нельзя. Вот послушайте, какая ужасная история случилась с крошкой эльфом по имени Звездик и его друзьями, которые, увы, вовремя не извинились перед ним.
В солнечный летний денечек маленькие эльфы и эльфы[1] водили на зелененькой лужайке хоровод вокруг прехорошенькой яблоньки, усыпанной большими красными яблочками, и дружно пели веселую песенку:
В лесу родилась елочка,
В лесу она росла,
Зимой и летом стройная,
Зеленая была...
Вдруг откуда не возьмись подул ветерок. И одно, самое крупное и румяное яблочко сорвалось с ветки и пребольно стукнуло по голове кудрявого малютку-эльфа в розовом кружевном платьице, по имени Звездик. Его звали так потому, что глазки у него были блестящие, как звездочки. При этом из глаз у маленького эльфа во все стороны брызнули искорки, из которых, как утверждают феи, и появились на небе звезды... Бедный Звездик горько заплакал и схватился ручонкой за голову, где немедленно вскочила большая синяя шишка... Разумеется, если бы он сразу же приложил к ней медный пятачок, ничего страшного не произошло бы. Но, увы, медные пятачки появились намного позднее, в конце Второй Эпохи... И поэтому случилось ужасное. Звездик вдруг вытаращил свои звездные глазки и принялся задавать друзьям зловещие вопросы:
– А что такое – «елочка»? А как это – «родилась»? А для чего это – «росла»? А почему «зимой и летом стройная?..» А почему?..
– Почему-почему? – передразнил его другой эльф в синенькой маечке, по имени Ветрогончик. – Потому, что все кончается на «у»! Чего это ты вдруг стал такой любопытный? Больно много знать хочешь! Ты что, не знаешь, что любопытному на днях прищемили нос в дверях!
И он показал Звездику длинный-предлинный язык. И тогда Звездик зарыдал и побежал прочь в дремучую лесную чащу. А другие эльфы и эльфы стояли под яблонькой и злобно смеялись ему вслед... Ах, милые детки, как же с их стороны это было жестоко!


ГЛАВА 2

«У крошки Звездика был сад,
И много роз взрастил он в нем...»
                                         Из эпоса фей

Долго бежал несчастный Звездик по дремучему лесу, обливаясь горькими слезами. Вокруг грохотал гром, ухали совы, рычали серые волки, ветер выл, мерцали звезды, на дворе мар... простите, мороз крепчал... А ведь у него даже не было с собой носового платочка, чтобы вытереть слезы и высморкать носик. И от этого он страдал еще больше, так сильно, что описать его мучения мне не под силу. Но вдруг он увидел перед собой прелестную полянку, поросшую изумрудной травкой, где под бирюзовым небом ласково светило золотое солнышко, а вокруг порхали рубиновые, лазуритовые, янтарные, обсидиановые и фианитовые бабочки, мушки и стрекозки. Они подлетели к Звездику и своими крылышками стерли слезы с его заплаканных глазок. Одна же, особенно крупная черно-розовенькая бабочка своим мягким крылышком ласково вытерла ему мокрый носик, от чего он сразу почувствовал себя счастливым. А из рубиновых, лазуритовых, янтарных... и прочих разных цветочков вылезли феи и феи[2] и угостили его сладким-пресладким цветочным нектаром. И он радостно засмеялся и пустился в веселый пляс вместе с бабочками, стрекозами и феями. Звездику так понравилась гостеприимная полянка, что он остался жить на ней и принялся учить фей вести себя благонравно и благоразумно. Он научил их мыть руки и чистить зубы[3], а также варить из цветочного нектара сладенькие ириски. И все феи очень полюбили доброго и мудрого Звездика, потому что раньше, когда они не умели мыть руки и чистить зубы, у них всегда болели зубы и животы. А теперь они сразу поправились и стали здоровыми, сильными, красивыми и умными. Видите, дорогие деточки, как это важно – каждый день мыть руки и чистить зубы! И как хорошо, что есть торговля мылом!
На изумрудной полянке феи построили Звездику шалашик из золотой соломки. А он устроил возле него прелестный садик, где посадил свои любимые цветочки – розы, лилии, астры и ромашки. И в каждом цветочке жили веселые феи, которые дни и ночи напролет громко пели Звездику чудесные песни. Лишь одна маленькая фея Незабудка никогда не пела, а печально глядела на Звездика своими голубенькими глазками и молча качала головкой. Потому что – увы! – ей было открыто будущее, и она знала, сколь недолговечно и хрупко земное счастье!
В веселых танцах и играх на лесной полянке время проходило незаметно. Пока однажды в соломенном шалашике Звездика не появились на свет два маленьких хорошеньких эльфа. Откуда и как они появились, вы, дорогие деточки, узнаете, когда станете совсем-совсем большими и взрослыми... Так вот, однажды в шалашике Звездика родились два премиленьких крохотных эльфа. Одного из них, самого резвого, он назвал Огоньком, а другого, самого умненького и благоразумненького – Льдинкой. И тоже научил их мыть руки и уши и чистить зубы. Поэтому Огонек и Льдинка были очень добрыми и хорошими и дружили со всеми феями на лесной полянке.
Как-то раз, когда на цветах было особенно много сладкого нектара, феи собрали его, сварили много-много ирисок и решили устроить веселый праздник – день Ирисок. Одна ириска получилась особенно большой и сладкой. Льдинка уже было протянул к ней ручонку, но Звездик сказал ему, что детям нельзя кушать много сладкого, иначе можно заболеть кариесом и диабетом, и тогда придется всю оставшуюся жизнь пить горькую касторку и делать ужасно больные уколы... А поэтому он пожертвует собой ради Льдинки и съест опасную конфетку сам. Но бедный глупенький Льдинка не поверил его словам и, обливаясь слезами, убежал в лес. Разумеется, он сразу же заблудился и плутал по лесу до тех пор, пока не вышел на ту самую полянку, где продолжали водить хоровод вокруг яблоньки те самые эльфы и эльфы, которые обидели бедного Звездика. Они приняли Льдинку за мороженое, схватили его и решили скушать. И тогда Льдинка стал просить, чтобы его не кушали, а отпустили, потому что есть лед очень опасно для здоровья, потому что от этого можно заболеть ангиной. А взамен пообещал отвести их туда, где они найдут много-много чудесных сладких ирисок, от которых, в отличие от мороженого, горло никогда не заболит. Тогда эльфы пообещали Льдинке, что они его не скушают, а за ириски назавтра же дадут ему бочку варенья и корзину печенья. После чего вслед за ним отправились на лесную полянку, где ничего не подозревавшие феи весело и беззаботно справляли праздник Ирисок...
Ах, дорогие мои деточки, вот к каким ужасным последствиям привела жадность несчастного маленького Льдинки!


ГЛАВА 3

Все столы обшарил, все с собой забрал,
Курицу зажарил, молоко сожрал,
Все мои игрушки разбросал, разбил,
Из карманной пушки маму застрелил...[4]

…И вот они, словно стадо маленьких слонят, прибежали на полянку и принялись топтать несчастные цветочки и набивать кармашки своих платьиц и штанишек ирисками. А у кого не было платьиц и штанишек, прятали ириски прямо в ротики. И один эльф, которого звали Ломтик (потому что он лучше всех остальных умел ломать все, что попадалось ему под руку), ивовым прутиком сбивал головки цветов и топтал их. И первой его жертвой стала несчастная Незабудка. От жестокого и безжалостного удара она поникла головкой и опустила нежные листики. С горьким плачем кинулся Звездик к бедному цветочку и прижал его к сердцу... но было уже поздно, слишком поздно...
– Ах, милый мой Звездик, – прошептала Незабудка, – жди меня, и я вернусь, только очень жди...
И с этими словами она закрыла свои голубенькие глазки... И небо содрогнулось, и земля вострепетала, и солнце померкло... А Звездик упал на землю, обливая горючими слезами безвременно погибший цветочек.
Тем временем эльфы вырвали все цветочки в садике бедного Звездика, чтобы потом посадить их на своей лужайке. А его самого связали по ручкам и ножкам голубенькой шелковой ленточкой и унесли с собой. Только Огонька им не удалось найти, потому что он спрятался в колючем кусте шиповника и сидел там, дрожа и рыдая. Лишь когда полянка опустела, он вылез из куста и долго-долго ползал по траве, заливаясь слезами. Потому что он понял, что случилось непоправимое и эльфы унесли с собой все-все ириски... Ах, милые дети, какое это было великое горе!
...Вернувшись на свою лужайку, эльфы воткнули в землю сорванные цветочки. Но, увы, они не догадались вырвать их с корнями. Поэтому бедные цветочки тотчас же склонили свои головки и умерли. А бедный Звездик, которого эльфы розовой ленточкой за ножку привязали к яблоньке, горько и безутешно плакал, видя их ужасные мучения. И никто из эльфов не пожалел его! Кроме одной эльфы Слезки, которая, потупив кудрявую головку и опустив глазки, еле слышно прошептала: «Ах, милые эльфы! Пожалуйста, не делайте больно бедному Звездику!» После чего потянулась за самой большой ириской... А в это самое время Ветрогончик и его друзья объедались ирисками, выхватывая их друг у друга. Когда же Льдинка напомнил им об обещанных варенье и печенье, они сказали, чтобы он приходил за ними «завтра-завтра, не сегодня», а стало быть – вовсе никогда. Тогда он понял, сколь жестоко и страшно был обманут, и растаял от стыда и раскаяния, и превратился в маленькое облачко, которое, горько вздыхая и всхлипывая, понеслось по небу неведомо куда, хотя, кажется, все-таки на Запад...
Тем временем Огонек решил отомстить за бедного Звездика. Он сломал деревце, смастерил себе большую-пребольшую рогатку и пошел в лес искать злых эльфов. Однако вместо них ему встретились серые волки. Они пожалели Огонька, угостили его бараньей котлеткой на сахарной косточке и уложили спать в теплой норке на мягкой овечьей шкурке. Но разве мог Огонек наслаждаться теплом и покоем, помня, как в это самое время страдает несчастный Звездик? Поэтому в полночь он вылез из норки и, подняв к небу зареванное личико и потрясая рогаткой, грозно пропищал:
– Не прощу-у-у!.. Отомщу-у-у!..
Ах, дорогие мои деточки, как же это ужасно – не прощать ближнего своего! От этого можно стать очень-очень плохим. Или, как говорили в старину, озвереть. Но разве мог бедненький глупенький Огонек знать про это? И вот, как только он грозно пропищал свое «не прощу-у», он сразу же озверел, превратился в серого волка и убежал в лес. Там он долго бегал, пугая прохожих и проезжих и отнимая у них деньги и конфеты, так что они прозвали его «беспредельщиком», или, если короче, бесом. О его дальнейших похождениях, а также о том, чем они кончились, я напишу отдельную сказочку, а пока что расскажу вам о них кратко[5]:
Бедный бледный белый бес
Убежал, бедняга, в лес.
Лешим по лесу он бегал,
Редькой с хреном пообедал,
И за горький сей обед
Дал обет не делать бед.
Вот, милые деточки, видите, как это дурно – быть плохим. И какое ужасное горе ждет того, кто ведет себя плохо!


ГЛАВА 4

Но нет! Невозможен такой плохой конец!
И выну из ножен я меч-кладенец.
Раз! И умирает Наган Наганыч Гад.
А щенок визжает: «Спасибо! Очень рад!»
                                                               Е. Шварц

Тем временем над лужайкой, где, привязанный к яблоньке, сидел и горько плакал несчастный Звездик, на черно-бархатном небе, среди алмазных звезд, взошла янтарная луна. Но она тут же снова скрылась в облаках, потому что не было у нее сил смотреть, как жестоко страдает бедный Звездик. Зато из норки под корнями яблоньки вылезла прехорошенькая серая мышка. При виде мучений Звездика сердце у нее чуть не разорвалось от горя. Но она все-таки успела перегрызть голубую ленточку, после чего снова спряталась в норку, чтобы там попытаться вновь обрести утраченный душевный и телесный покой. А Звездик, горько рыдая и продолжая прижимать к груди засохшую незабудку, пошел на свою полянку. Ах, какое скорбное зрелище предстало там его глазкам! Ромашки были сорваны, а лютики повяли. Травушка и клеверок были безжалостно примяты. А хризантемы в саду давным-давно отцвели... И Звездик сел посреди полянки и заплакал еще горше и безутешнее, пока совсем не выплакал свои звездные глазки и не перестал видеть... Ах, милые деточки, как же это было ужасно!
Тем временем Ветрогончик, Ломтик и прочие эльфы тоже жестоко и страшно страдали. Потому что перед тем как скушать ириски, они не помыли руки. А потом не почистили зубы. И от этого, разумеется, сразу же заболели. И вот несчастные эльфы спрятались по кустам и там горько плакали и стонали от нестерпимой боли. Только Ветрогончику не хватило места в кустах. Поэтому он сидел под яблонькой и тоже ужасно страдал. Тут опять подул ветерок и одно, самое большое и румяное яблочко упало ему на головку. Несчастный Ветрогончик сразу же схватился за свою кудрявенькую головку, на которой тотчас же появилась огромная сизо-голубая шишка. И тогда, превозмогая нестерпимую боль, он простонал:
– Ах, теперь я понимаю, как мы дурно сделали, обидев бедного Звездика. Надо немедленно найти его и извиниться перед ним.
Тут эльфы сразу поправились и все вместе отправились искать Звездика. Когда же они нашли его и увидели, что он ослеп от слез, то горько-горько заплакали. А потом поклонились ему и извинились перед ним. И раз, и еще раз, и еще много-много раз... Но он не мог понять, что происходит, потому что не видел их. Тогда Ветрогончик подпрыгнул высоко-высоко, до самого неба, сорвал оттуда две самые яркие звездочки и сделал из них для Звездика новые глазки. И тот сразу же перестал плакать и весело засмеялся от счастья. Тогда все вокруг расцвело и запело, засияло солнышко и на землю пролился сладкий тепленький дождик. Прямо у ног Звездика образовалась маленькая лужица, из которой появился очень-очень разнесчастный Льдинка, попросил прощения и пообещал, что теперь будет вести себя хорошо. Разумеется, Звездик с радостью простил Льдинку, а эльфы, в свою очередь, попросили у него прощения... и в конце концов все всех простили. Потом из лесу прибежал очень грустный серый волк, лег у ножек Звездика, лизнул их и жалобно провыл: «Я больше не буду-у...» После чего сразу же превратился в Огонька. И все его тоже простили и всем сразу стало совсем... очень-очень хорошо, так, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Тем временем из земли показались цветочки, а засохшая незабудка в руках Звездика ожила, подняла головку и расцвела. А из нее показалась счастливая улыбающаяся фея Незабудка в новом голубеньком платьице и нежно поцеловала Звездика в пухлую розовую щечку. И тогда все эльфы радостно засмеялись и весело закружились вокруг счастливого Звездика. А он, вскочив на пенек и прижимая к сердцу прекрасную фею Незабудку, громко запел:
Какой чудесный день,
Какой чудесный пень!
Какой чудесный Я-а-а!!! (или, если угодно – «Со МНОЙ мои друзья-Я-Я!»
И песенка моя!

Тут и сказочке конец. А кто смеялся – молодец.

(за Л. Чарскую рассказала – м. Евфимия)

[1] Это не тавтология – во времена Л. Чарской эльфов женского пола называли не так, как сейчас – «эльфийками», «эльфинями» или, как у А. Сапковского, «эльфками», а «эльфами» (в именительном падеже – «эльфа»).
[2] Вероятно, речь идет о феях разного пола, как ранее речь шла об эльфах и эльфах.
[3] О том, что до знакомства со Звездиком феи были незнакомы с элементарными правилами гигиены, свидетельствует следующий отрывок из их древнего эпоса:
Три очень милых феечки
Сидели на скамеечке,
И, съев три булки с маслицем,
Успели так замаслиться,
Что мыли этих феечек
Их трех садовых леечек.
[4] Цитата из старой детской песенки про девочку и фашистского солдата: «На лесной опушке бой происходил», вероятно, из серии: «слова народные...».
[5] Это позволяет предположить, что Л. Чарская хотела написать отдельную сказку о похождениях Огонька. Судя по примечаниям в конце рукописи, можно предполагать, что она должна была называться «Здр-р-ряшная месть». Однако, вероятно, этот замысел ей помешали осуществить революционные события 1917 г. и последовавшее за этим закрытие редакции «Задушевного слова». Увы, остается лишь сожалеть об этом...

 

 

 

пїЅ Тексты и иллюстрации (кроме особо оговоренных) - Аллор, 1999-2003
пїЅДизайн - Джуд, 2003